Лекция о работе детектива

Основная работа детектива — это поиск и проверка источников информации. Возьмем для примера обычную ситуацию. Мой заказчик хочет знать — что происходит на стройке у конкурента. Ну что же. Я нахожу бухгалтерские документы. А именно оплаты подрядчикам, акты приемки-сдачи и т.д. Анализ этих документов однозначно говорит о том, что стройка идет полным ходом. С чем и прихожу к заказчику. И получаю неожиданный ответ:

— Это вранье. У них ничего не происходит на стройке. Я точно знаю!

— А откуда ты это знаешь?

— Мои ребята вчера были на площадке, принесли фотографии, вот смотри — там пустырь!

Так у нас два источника информации, которые конфликтуют друг с другом. Что делать? Конечно же хочется прижать конкурентов-оперов. Они еще и взялись непонятно откуда. Хорошо, я отправляю на стройку своих ребят. Охрана их банально избивает. Так мы выясняем, что площадка реально хорошо охраняется. А это, знаете ли, редкость.

И мы начинаем поиск альтернативных источников информации. В те времена дроны только-только появились, Навальный еще не летал над дачами министров каждый божий день. Вот мы и думаем — откуда взять стопудовую информацию? Источник, который будет заслуживать доверия?

Мы связались с ребятами, которые делают снимки со спутников. Выяснили, что делают их редко. Ладно, какие еще альтернативы? Послали по итогу летать над стройкой дельтапланериста. Он сделал снимки, их сшили. Позвали строителей экспертов, сравнили данные. Вот у нас экономический анализ, вот у нас анализ аэрофотосъемки. Они говорят о том, что стройка идет полным ходом. Эти два источника имеют высокую степень доверия. А оперативники наоборот — низкую. Но стоит отметить, что наши оперативники все-таки предоставили верную информацию, хоть их и избили. То есть три совершенно разных источника теперь уже говорят, что стройка идет полным ходом и один говорит, что там пустырь.

Я люблю этот пример. Потому что на первый взгляд нет ничего проще, чем выяснить — что происходит на стройке. Дал бутылку сторожу, да и выяснил. А вот ни фига. Стройка — штука сложная. Тут тебе всякие скрытые работы, тут тебе объёмы. Пойди подсчитай — сколько свай забито под будущий завод. Быстро утомишься. А ведь наименований работ — сотни. А теперь представим, что нужно узнать о более тонких материях. Например, в банке какой страны и сколько денег лежит на счете у объекта. Или планы противника.

Но давайте еще пример. Попроще. Любит народ заказывать наружное наблюдение. Вещь утомительная, не раз про это писал. Следят грузчики, как их называют на жаргоне, часто балуются стимуляторами и натурально сгорают на работе. И вот ситуация — объект исследования — директор предприятия. Каждый день он уходит в 6 вечера с работы, в 7 оказывается дома и в 11-12 ночи благополучно засыпает. Скучный персонаж, скучная работа. Но платят за нее хорошо. Очередной день — оперативник отзванивается и сообщает:

— Вчера как обычно.

Об этом и говорим заказчику. И получаем нежданчик:

— Да ни фига. Что вы мне тут туфту втираете. Он вчера просидел весь вечер в ресторане с бабой.

Выяснилось, что наш грузчик как всегда довел клиента до дома. Увидел, что он зашел в квартиру и на этом и успокоился. То есть не стал дожидаться, когда объект наблюдения спать ляжет. Он же всегда обычно спать ложится в 12. Три недели ничего не менялось. Почему сегодня должно было что-то измениться? А вот изменилось. Почему? Ну вот просто так произошло.

Наш «грузчик» — парень, который очень ответственно работал полгода до этого. Но в тот день подустал. И решил схалтурить. Поэтому даже такая банальнейшая вещь как информация о передвижениях должна быть из разных источников. Но рано или поздно мы упираемся в то, что нет у нас других источников кроме людей. Ну вот нет денег/времени на то, чтобы найти документы или нет связей, чтобы биллинги получить. И сидит перед нами человек, и он наш единственный источник.

Насмотрится народ фильмов и решает, что допрос или опрос — это стресс. То есть надо кричать, сомневаться и делать вид будто знаешь больше собеседника. Так работают только очень плохие исследователи. Им важнее себя показать, а не информацию добыть. Грамотный следователь всегда постарается обеспечить максимально комфортные условия собеседнику. Не из гуманизма. А для того, чтобы человек расслабился. Расслабленный человек может врать. Но он тогда будет завираться. Эту ложь легко поймать. Опять-таки хорошо человека поставить на пьедестал, то есть показать, будто он выше.

Приведу простой пример. Разговариваю с девочкой. Ее ко мне оппоненты отправили. Разговор строится по принципу:

— Ух ты! А я даже об этом не подумал… Ты совершенно права… Слушай, ты вот единственная это увидела… У тебя такой талант…

Вам эти методы могут показаться банальными. Даже примитивными. Но поскольку я по совместительству еще и книжки пишу, то могу ответственно заявить. Человеческое восприятие — это очень грубая штука. И если вы чего-то хотите от собеседника, то давить надо как раз на такие штуки. Четкое обращение: «Ты прав» — пьянит. Люди редко слышат эту фразу в свой адрес. И чувство внутренней правоты пьянит сильнее любого алкоголя. То есть человек расслабляется. А именно это нам и нужно. И у расслабленного человека можно попросить рекомендацию — как в нашей сложной ситуации поступить.

Заметим, моя задача в этой ситуации не поймать девочку на лжи и радостно закричать:

— Ты врешь!

Моя задача заставить поверить девочку в то, что я купился на обман. Что я — доверчивый дурачок, а она — опытный манипулятор. И ей тогда и дальше захочется самоутвердиться. И тут срабатывает интересный парадокс. Девочка может самоутвердиться только за счет правды. Только показывая правду она может показать свою значимость. Пока она напряжена, она фильтрует свою речь. Но как только она расслабилась эго возьмет верх и ей захочется хотя бы показать — что же она знает, с кем она общается и какие секреты ей доверяют. Если человек встал на рельсы самоутверждения, то этот паровоз ему самому уже не остановить.

Отметим, что самый первый лжец в работе детектива — это...

Николай Мохов, автор с Тёмной Стороны Бизнеса
Автор в - Facebook
Автор в - VK

Зарегистрируйтесь, чтобы дочитать.