Как я был националистом

— Танцуй! — мне на ноги был направлен пистолет. Не боевой. И даже не травмат. Пневматика. Сжатый воздух толкает вперёд металлический шарик. Тот летит чуть больше 10 метров. Маленькая дробинка пробивает одежду и её потом нужно долго выковыривать из своего мяса.

Потными ладошками я сжимал два своих ножа. В правом кармане большой складной нож. В левом — китайская подделка под настоящий швейцарский. Скорее для понта и утяжеления удара. Убить или поранить им — дело сложное.

— Че уставился? Танцуй! — Гоша орёт. Мы с Гошей никогда не сталкивались. Наблюдал за ним издалека. Как за опасным диким львом. Гоша был единственный на школу грузин. Национальность использовалась для позиционирования. Служила доказательством первородной агрессивности.

Гоше было тринадцать. Гоша любил жевать насвай, курить гашиш и доебываться до людей. Сегодня он доебался до меня. Не повезло. В школе так бывает.

Это примерно как в Австралии. В глухих местечках герои местных хроник крокодилы. «Крокодил ворвался в супермаркет», «Крокодил догнал туриста на пляже», «Крокодил слопал двух человек на нефтяной вышке». В нашей школе таким крокодилом на год или на два стал Гоша. В Австралии вешают знаки — предупреждающие — здесь опасно, крокодилы! Над нашей школой стоило повесить: «Осторожно, Гоша!». Может быть, я бы не пошёл в школу сегодня?

— Гоша, Гоша, ты чё?.. — подошёл Лёша, мой одноклассник. Лёша обладал гипнотическим даром. Пожалуй, он единственный мог утихомирить Гошу.

— Он скинхед! — возмущается Гоша. — Он лысый. Он — скин.

Гоша тычет в меня стволом.

— Гоша, тут все лысые... Все пацаны в школе лысые...

— Я не лысый! — возмущается Гоша.

— А я лысый, — указывает Лёша на свою обритую башку. — Коля, ты же не скинхед?

— Нет.

— Ну вот видишь... Позырь... У меня тут трава...

После той истории я стал остерегаться Гоши. И ещё захотел стать националистом. По телевизору показывали новости. В Чечне проходила спецоперация. Я искренне не мог понять — почему на этот Кавказ не могут сбросить побольше бомб. Желательно, чтобы захватили ещё и эту Грузию. И разбомбили сразу все. Может быть Гоша поедет в Грузию? И его там достанет российская бомба, думалось мне.

Я вообще старался понять вопрос национальной розни. Читал про окончательное решение еврейского вопроса Гитлером и негодовал. Какая жестокость. Однако кавказский вопрос лично я хотел решить схожим образом. Правда, без газовых камер. Просто разбомбить эти чертовы горы. Чтобы камня на камне не осталось.

И конечно хотелось записаться в скинхеды. Скинхеды били чурок, рэперов, гопников и дружили с рокерами. У скинов были тяжёлые ботинки. На доктор Мартинс или Гриндерсы вечно не хватало денег. Были и другие препятствия. Например, у меня были друзья гопники. И отказываться от дружбы с ними по национальному признаку я не собирался.

Однако заприятельствовал со скинами. Один, другой... Кто-нибудь затесается в компанию... В универе стал заглядывать на огонёк к националистам. Те собирались в студенческой столовке и обсуждали Гитлера. Общий вердикт — все неоднозначно. И правда неоднозначно. Двое из тех националистов через пару лет получили благополучно израильское гражданство.

Дружба со скинами закончилась 1 января 2005ого года.

— Что это такое? — мой товарищ лежал на полу утром после празднования Нового года. Товарищ гордо причислял себя к скинхедам. И немного к панкам. Позже закончил в психиатрической лечебнице. Но до неё было ещё лет десять. А пока он проснулся в нашей спальне. И сейчас указывал на учебник по ивриту.

— Это учебник по ивриту... — ответила моя девушка.

— А он зачем здесь?

— Так я учу иврит...

— А зачем ты учишь иврит?

— Ну так я — еврейка, — закончила Оля. Так я узнал, что моя девушка — еврейка. Можно было и сразу заподозрить. Нос длинный. Одновременно лингвист и математик. Иврит опять-таки учит… И как быть, спрашивается. Мы уже с ней вроде как три месяца… Я решительно приобнял её за грудь и посмотрел сверху кровати на своего товарища.

Тот был в глубокой задумчивости. Через час он молча собрался и пошёл в морозное белое утро. С тех пор я его и не видел. Потом у меня были друзья, знакомые и деловые партнёры всех цветов кожи и национальностей. Чеченцы, грузины, евреи, цыгане, венгры, англичане, латыши, греки... Да чего далеко ходить — лучший друг — грузин. А девушка — вообще москвичка...

Зарегистрируйтесь, чтобы дочитать.