Как я научился писать много?

Среди искателей знания писательского мастерства распространена ошибка. Они берут себе в учителей людей известных. Успешных. Посещают курсы, вебинары, читают книжки авторов бестселлеров. И ничего не понимают. Ничему не научаются. Потому что истинным знанием чаще делятся маргиналы. Меня писать много научил один алкоголик. Настоящий лузер. Звали его Андрей.

Андрей был на тот момент можно сказать легендарной личностью в местной журналистике. Во-первых, на излете совка он успел отсидеть за какие-то махинации. Вёз большую партию сапог, тут-то его и взяли такого красивого. Освободился по звонку в 90х и стал востребованным автором. Криминал расцветал, а среди пишущий братии экспертов мало. Андрей же получил соответсвующее образование в университете с толстыми стенами и колючей проволокой. К тому же писал он легко и много.

Во-вторых, Андрею приписывалась такая история. Он работал в газете, а гонорары постоянно задерживались. Да и зарплаты задерживались. Руководство в лице старых алкоголиков пропивало все самостоятельно. Главный редактор — Слава — грузный мужчина с замашками политика в ответ на прямой вопрос (Когда деньги?) умело разворачивал речь о политической и экономической ситуации в мире, стране, области и так он доходил до состояния дел в отдельно взятой газете. Единственный способ вытрясти из этой свиньи алко-копилки медяки был следующий:

— Я завтра не смогу приехать на интервью. Денег нет даже на автобус...

Тогда был шанс получить двести рублей. Но это было несколько унизительно. Не путь нашего героя.

Однажды Андрей шёл в редакцию и встретил этого самого Славу. Возник естественный вопрос. Пошёл такой же естественный и многословный ответ... Андрей не стал слушать. Он ударил Славу в его некрасивое испитое лицо. Потом невозмутимо поднялся в редакцию и забрал оттуда единственную ценность — видеодвойку — телевизор со встроенным видеомагнитофоном. По журналистским меркам поступок приравнивался к подвигу Спартака. История о победе журналиста над редактором передавалась из уст в уста. Мы не рабы, рабы немы и т.д.

Правда, помнили об этом немногие. Помнить было некому. В журналистике задерживаются либо звезды, либо закоренелые лузеры. Середнячок вымывается быстро. Деньги маленькие, работа собачья. Средний человек выдерживает это все лишь в юном возрасте, потом обрастает связями и переходит куда-нибудь манагерить или делать свой бизнес. Факультеты журналистики ежегодно поставляют свежее бесплатное мясо. Восполняют потери от эмиграции из профессии.

Короче говоря, о подвигах Андрея мне рассказал сорокалетний старожил редакции постсоветских газет. Это была женщина, убежденная либералка. Она писала заказные статьи про Единую Россию, а потом шепотом ругала продажную власть. Также шепотом она поведала мне, что Андрей — запойный. Этим заочно он вызвал мое уважение. Алкоголиков много среди журналистов (да почти все тогда), запойных — мало. Запой требует от человека усидчивости, сосредоточенности и отваги. Махнуть рукой на всё и пить без остановки способны единицы.

Однако, когда я увидел Андрея первый раз, тот был трезв как стёклышко. Короткая стрижка, белобрысый. Майка, джинсы, казаки. Писк рыночной моды 90ых. В то лето Андрей был в завязке. Закодирован. Его назначили заместителем главного редактора газетенки, где я трудился. После официального представления, мы с ним пошли на перекур. Бывший зэк меня удивил. Он был вежлив, обходителен и не матерился. Вообще. Меня, естественно, заинтересовал житейский опыт. Человек все-таки сидел. И я тут же сформулировал юный наивный вопрос:

— Что самое страшное на зоне? — этим же вопросом мне хотелось ещё сразу определить — ху из ху. И преодолеть свой страх. Дело вот в чем. Я был молодым наглым парнем в редакции. Чувствовал себя заводилой. Начальство — женщины и всерьёз я их не воспринимал. А тут внезапная конкуренция. Свалился сугроб на голову. Бывший сиделец, который и в морду может дать. Дабы не бояться я и спросил у душегуба про самое страшное…

— Не могу сказать, что страшное... Это же простое человеческое общежитие. Все пытаются как-то жить сообща. Иногда попадаются гниды. Сидел с нами парень. Звали его Хохол. Принято посылки отдавать в общак, и едой делиться. А он не делился... Ну и ничего с ним такого не делали. Просто знали все, что он гнида и сторонились его.

— Но все же, что было труднее всего пережить?..

— Труднее всего... Труднее всего было то, что всегда на виду. На тебя все время кто-нибудь смотрит. Некуда от людей деться, это наверное самое неприятное.

— А вышел когда, вот чего сильнее всего хотелось?

— Ты знаешь, я когда вышел сразу стал прилично зарабатывать. И первое, что купил себе — белый костюм и шляпу. Иду по центру и все дамы оглядываются. Приятно. Так с одной и познакомился...

С Андреем мы сдружились быстро. Общался он всегда легко, откровенно. Но чувствовалась какая-то дистанция. Вопрос можно задать любой, байки травить часами способен. Про зону потом рассказывал очень смешно. И каждая история о том как и с кем приходилось договариваться, чтобы раздобыть банку сгущенки или ещё чего полезного. Байки вроде и весёлые, и поучительные. Однако в душу к себе не пускал. Да и я туда не стучался. Хватало своих проблем.

Платили за знак. Соответсвенно, чем больше напишешь, тем больше будет денег. На скорости и молодости первый год-два я выдавал объемы. Но потом выдохся. Сажусь напротив компьютера. Формулирую предложение. Коряво. Хрень какая-то. Стираю. Сроки давят. Нужно гнать строку. Ничего не выходит. Рядом Андрей. Пара часов — у него текст на полосу. Да не просто текст. Цельный рассказ. Зачитаешься. Причём тема ещё идиотская такая. Из серии — проблемы в ЖКХ. А все равно не оторваться.

Раньше мои репортажи украшали первую полосу. А тут сдвигают. В пользу зама редактора. Смотрю на Андрея волком. Неделю, другую... Потом не выдержал.

— Пойдём пиво пить?

Это я его так приглашаю меня угостить. Андрей был в завязке, поэтому сам не пил. Но с удовольствием покупал выпивку в компанию.

— Это же высшая радость завязавшего алкоголика — угощать других, — объяснял он.

В редакции пить нельзя, на бары денег не было. Какой-то скверик рядом, вечер летний и тут-то я и задаю свой мучивший меня вопрос:

— А как ты так пишешь быстро?

— О, этому меня ещё в начале девяностых научил один редактор...

Николай Мохов, автор с Тёмной Стороны Бизнеса
Автор в - Facebook
Автор в - VK

Зарегистрируйтесь, чтобы дочитать.